ОРУЖЕЙНИК НОМЕР ОДИН

UDMURT A. S. S. R., USSR. September 12, 1979. Yevgeny Zagulyaev, Alexey Stuzhin/TASS СССР. Удмуртская АССР. 12 сентября 1979 г. Поездка Д.Ф. Устинова в Ижевск. Министр обороны СССР, Маршал Советского Союза, член Политбюро ЦК КПСС Дмитрий Федорович Устинов во время осмотра производственного объединения "Ижмаш". Загуляев Евгений, Стужин Алексей/Фотохроника ТАСС

Многие успехи современного российского ВПК – заслуга маршала Дмитрия Устинова. Какими принципами руководствовался этот неординарный управленец?

105 лет назад, 17 октября 1908 года, родился Дмитрий Фёдорович Устинов – министр обороны «золотого века» СССР, член Политбюро ЦК КПСС, один из выдающихся политиков ХХ века. Но главное – он был великим организатором военной промышленности. Даже противники советской власти вспоминают о нём с уважением.

Слишком очевидны заслуги этого человека – блестящего профессионала, не запятнавшего себя ни интригами, ни мздоимством. На такие затеи у него просто не оставалось ни времени, ни сил: смолоду он целиком посвящал себя любимому делу. Он держал на карандаше десятки проектов, результаты которых и сегодня служат России. И прежде всего – защите Родины.

Самарский парень, он успел повоевать с басмачами, а потом учился. Стремился к знаниям. Учился в Иванове, затем в знаменитой Бауманке, потом стал одним из первых выпускников Ленинградского военно-механического института. Его идеалом инженера стал академик Алексей Крылов, с которым будущему маршалу довелось работать в артиллерийском научно-исследовательском морском институте. Отличиться ему удалось на ленинградском заводе «Большевик». Устинов, сделав ставку на талантливых инженеров, превратил его из отстающего в передовой. А проводили они артиллерийские системы. Чтобы подкорректировать продукцию, директор даже выезжал на фронт – как раз шла Финская война. В Кремле Устинова уже считали чрезвычайно перспективным.

Как в сказке, в тридцать лет и три года, да ещё и за две недели до начала Великой Отечественной войны, его назначили наркомом вооружения. Об этом после срочного вызова в Москву Устинову сообщил Георгий Маленков. Дмитрий Фёдорович смутился: «Спасибо за доверие. Но сумею ли его оправдать?» «Хорошо, подумайте. Потом вызовем, и вы сообщите своё решение», – ответил Маленков. Но газеты уже опубликовали указ о его назначении… Какое там – «подумайте». Устинов стал самым молодым в плеяде сталинских наркомов. И после 22 июня 1941 года – одним из ключевых управленцев в стране. Ведь он отвечал за выпуск боеприпасов, стрелкового оружия и артиллерии. Что может быть важнее в дни войны?

Началась работа в чрезвычайном режиме, когда стираются границы между днём и ночью. Звонки от Верховного главнокомандующего, почти каждую ночь – визиты к Сталину на кунцевскую дачу или в Кремль с дотошными отчётами о производстве оружия – вплоть до каждого пулемёта. Однажды наркомату не удалось выполнить суточную норму выпуска винтовок. Вместо 10 тысяч вышло 9997. Сталин заметил, что, если такое ещё раз повторится, на следующий день докладывать о положении дел будет уже другой нарком… На склоне лет Устинов вспоминал об этой выволочке уважительно: он принимал такой управленческий стиль. Но, вспоминая о своей работе со Сталиным, Устинов отмечал и другие его черты: «При всей своей властности, суровости, я бы сказал – жёсткости, он живо откликался на проявление разумной инициативы, самостоятельности, ценил независимость суждений…»

 У наркома было «молодецкое» увлечение – он гонял по Москве и её окрестностям на мотоцикле. Так подчас было легче объезжать заводы по бездорожью. Несколько дней провалялся на больничной койке. Сталин тогда заметил, что «жизнь товарища Устинова принадлежит государству и партии, а не ему лично», и посоветовал ему отказаться от «напрасного риска». С тех пор Устинов чаще стал пользоваться персональным автомобилем, хотя в редкие свободные минуты всё равно любил проехаться на мотоцикле, который, кстати, отремонтировал за собственный счёт.

 Наркомат Устинова работал сразу в трёх городах – Москве, Перми и Куйбышеве. Он успевал всюду. В 1941 году СССР потерял немало промышленных центров. Более 1300 оборонных предприятий пришлось эвакуировать и отстраивать на новом месте. И уже к концу 1941-го они стали давать продукцию, а в декабре производство начало расти. А ведь Гитлер обоснованно рассчитывал, что, разорив страну до Москвы, он сломает хребет советской военной промышленности… А Устинов в трудном 1942 году основал Ижевский механический завод, который поставлял армии отменные противотанковые ружья. И это один из многих примеров! В 1943-м Устинов уже явно переигрывал управленцев Третьего рейха, на которых работала вся Европа, кроме Англии. Красная армия превосходила противника по стрелковому оружию и боеприпасам, не уступала по артиллерии и авиации, конкурировала по танкам.

О том, как напряжённо приходилось работать в те дни, вспоминал маршал артиллерии Николай Яковлев, много работавший вместе с наркомом над новыми видами вооружений: «Помнится, когда у нас буквально иссякали силы на долгих и частых совещаниях, светлая улыбка и уместная шутка Дмитрия Фёдоровича снимали напряжение, вливали в окружающих его людей новые силы. Казалось, ему было по плечу абсолютно всё!» Это уроки Крылова! Все должны были видеть, что нарком уверен в себе, что он способен шутить и улыбаться.

В 1945 году Красная армия превосходила противника уже не только по количеству, но и по качеству большинства видов вооружения.

Должность Устинова в разные годы называлась по-разному. Но он всегда оставался главным оружейником СССР, а с 1976 года ещё и министром обороны. Задача оставалась неизменной: превращать научный поиск в оружие. Вот лишь один из многих эпизодов: мобильный высокоточный оперативно-тактический ракетный комплекс «Ока» – ОТР-23, разработанный в Коломенском КБ под руководством Сергея Непобедимого – выдающегося конструктора, которому Устинов доверял. Разработка началась в 1975-м, первые пуски на полигоне Капустин Яр – в 1976-м. Государственные испытания, на которых присутствовал Устинов, продолжались до 1979-го. Комплекс совершенствовался, получал новое оборудование, более современное. В 1980-м его приняли на вооружение. Производство наладили на Воткинском машиностроительном заводе – опять-таки под наблюдением Устинова, державшего руку на пульсе.

Устинов любил конкуренцию. Поэтому подчас поддерживал производство нескольких видов схожих бомбардировщиков или танков – чтобы развивались разные конструкторские бюро, разные заводы. Это трудно, обременительно, но это стратегия роста, подъёма, а не стагнации.

Из многочисленных разработок, которые поддержал Устинов, отметим «изделие Д-30» и его модификации – 122-мм гаубицу, разработанную в КБ Фёдора Петрова. Уж он бы разглядел и понял самых талантливых и дал ход их задумкам. Петров создал и «цветочную» россыпь самоходных артустановок «Гвоздика», «Акация», «Гиацинт», «Пион». А Юрий Томашов уже разрабатывал «Мсту». Всё это работает и сегодня. Одновременно Устинов больше других управленцев сделал для ракетчиков, открывших нам дорогу в космос, создал кибернетический центр в Зеленограде. И ядерная триада, которую нужно совершенствовать, – это тоже дни и ночи наркома, министра, члена Политбюро ЦК.

В декабре 1984 года стояли морозы. Хоронили маршала Устинова, хоронили эпоху. Но он оставил школу, оставил десятки учеников, сотни перспективных проектов, которые и в наше время – передовые. Дело Устинова едва не погибло в 1990-е, а в наше время российские оружейники, вставшие на защиту страны, с гордостью называют себя наследниками Устинова.

Как в сказке, в тридцать лет и три года, да ещё и за две недели до начала Великой Отечественной войны, его назначили наркомом вооружения.
Арсений ЗАМОСТЬЯНОВ

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*


тринадцать − четыре =