НЕИЗВЕСТНЫЙ ИЗВЕСТНЫЙ АЛЕКСАНДР НЕВСКИЙ

Нужен военный музей святого благоверного князя на Псковской земле…

О том, что более десяти лет назад в псковской деревне Самолва был создан музей, посвящённый одному из важнейших для Руси событий Средневековья – Ледовому побоищу 1242 года, «ЛГ» рассказывала в № 50 за 2022 год. Однако есть причина снова вспомнить о делах великого князя, о сохранении исторической памяти.

Нет, с нами всё в порядке, поток туристов растёт, музей недавно стал участником национального туристского проекта «Александр Невский – имя России». Собственно, об этом – об «имени России», о том, что мы на самом деле знаем об Александре Невском, мне хотелось бы поговорить.

Одноимённый всероссийский конкурс в 2008 году провёл телеканал «Россия». И здесь князь Александр Ярославич, позже – Невский, стал именем России, получив большинство голосов участников проекта.

Да, Александр Невский – одна из самых популярных фигур не только у нас, но и в мире. В разных странах, не исключая мусульманские, существуют сотни храмов в его честь; ему и его деяниям посвящены десятки монументов и памятников. Его именем названы улицы и площади.

Важно, что наряду с организационно-государственной и дипломатической военная деятельность Александра Невского являлась необходимой и главной ипостасью его земной жизни. Так, в одной из программ «Вечер на Спасе» (телеканал «Спас»), в которой мне довелось участвовать (обсуждалось предложение министра обороны России Сергея Шойгу причислить полководца Александра Суворова к лику святых), чётко проводились параллели между Александрами-полководцами, при этом речь шла о том, что оба не проиграли ни одного сражения, и все участники вечера согласно кивали головами.

И тогда в Музее Ледового побоища мы решили поставить эксперимент, интересуясь у посетителей, людей неравнодушных к отечественной истории, проделавших десятки километров по пыльному грейдеру до заброшенной на край страны Самолвы: а какие такие сражения не проиграл Александр Невский, в чём его выдающаяся заслуга в защите земли Русской?

Понятно, посетители называли Ледовое побоище. Единицы робко вспоминали Невскую битву.

И всё!

Из титанической фортификационной деятельности князя на южных границах Новгородского государства особо продвинутые называли лишь крепость Порхов. Что же касается других военных подвигов Александра Ярославича, то здесь соотечественники демонстрировали полный вакуум; про знания локаций и дат военных событий, связанных с именем Александра, я вообще умолчу. При этом все клялись, что голосовали за Александра Невского, за имя России, в массе своей не ведая и половины его военных заслуг…

Но их ли тут вина и что мы действительно знаем о сражениях и иных военных деяниях Александра Невского?

4_Мозаика Монумента в Самолве_2.jpg

Мозаика монумента в Самолве

Да, Чудская битва (Ледовое побоище) признаётся важнейшим сражением войны 1240–1242 годов, развернувшейся на территории Новгородского государства и земель Дорпатского епископства. Она является, по всей видимости, наиболее ярким событием в военной биографии Александра Ярославича. Однако помимо неё в течение той же войны Александр провёл другие военные операции по разгрому оккупантов в крепости Копорье, умело применил «щадящую» тактику при освобождении Пскова.

Но и многие забытые военные действия Александра являются важными и значительными, в совокупности своей позволяющими выявить главное направление борьбы князя за сохранение целостности Новгородского государства и, как следствие, – средневековой Руси.

Ещё за год до Невской битвы и начала войны с северными крестоносцами, в 1239 году, Александр закладывает крепости-«городцы» на Шелони. Эта река, фактически определявшая значительную часть южной границы Новгородского государства, являлась составляющей водного пути, соединявшего Новгород с Псковом (историкам известно два основных волоковых направления), с реками Лугой и Плюссой.

Зачем?

А затем, что начиная со второго десятилетия XIII века Новгороду сильно досаждала Литва. По мнению профессора-историка Юрия Бегунова: «Воинственная, полудикая Литва стала в XIII веке третьим после шведов и немцев врагом Руси, появившимся с запада. Постоянная война с Литвой отличалась от столкновений с Орденом. Это была не угроза нашествия иной культуры с целью порабощения, но грабительская война, обескровливавшая Новгород и Псков, а в новгородскую историческую традицию война с Литвой вошла как сопротивление агрессии, равновеликой агрессии меченосцев». Большинство вторжений осуществлялось литовцами через шелонские земли. Однако после того, как, по мнению члена-корреспондента РАН, историка Владимира Седова, Александр Ярославич с новгородцами «предпринял серьёзнейшую акцию», обозначенную в Синодальном списке НПЛ как: «сруби городци по Шелони» набеги на этом стратегическом участке прекратились.

Разумеется, профессионалы знают об этих действиях Александра. Но в общеобразовательном дискурсе вы ничего об этом не найдёте, и вряд ли кто назовёт все пять установленных Александром «городцов по Шелони», тем более их современную локацию. Впрочем, здесь и у историков не во всём единство взглядов.

Тут дело в том, что основные работы, связанные с фундаментальным исследованием источников, относятся к XX веку. Советская же историография значительное внимание уделила действиям Александра, связанным с Невской битвой и Ледовым побоищем, поскольку в тех политических реалиях проводились параллели, обличающие агрессивную суть Запада, объединённого национал-социализмом.

Литва же – другое дело, хотя, как отмечал Ю. Бегунов, это «древнее воинственное балтское племя» , позже оформившееся в государство, в Средневековье приносило неисчислимые бедствия Руси-России. Но после вхождения республики «в братскую семью советских народов» прошлые её грехи, как бы сказать, не афишировались, хотя профессионально историками не исключались (словом, замалчивались).

Нечто подобное вспоминаю при обсуждении монумента в память о Ледовом побоище (скульптор Иосиф Козловский, архитектор Пётр Бутенко) под Псковом. В вопросе, куда развернуть конную скульптуру, член-корреспондент тогда АН СССР Д.С. Лихачёв пафосно возмущался: «Направить эту скульптуру на запад, откуда пришли рыцари? Но на западных берегах Чудского озера давно нет рыцарей, а живут там извечно дружественные Руси эстонцы – древнерусская чудь, давшая своё имя Чудскому озеру», очевидно упуская из виду, что предки «дружественных эстонцев» участвовали в сражении на льду Чудского озера вовсе не на русской стороне.

Интересно, что говорил бы учёный сегодня?

Опыт работы Музея истории Ледового побоища показывает, что соотечественники нечётко представляют военную деятельность Александра против Литвы и после событий 1240–1242 годов. Обычный их вопрос: а что же после?

А вот что: буквально сразу же, как только «князь Александр с великой победой возвратился во Псков и заключил мир с немцами, – доказывает цитатой из летописи Ю. Бегунов, – пришла весть о том, что литовские князья собрали большое войско, перешли границу Псковской земли, разорили и сожгли десятки сёл и малых городов, увели в плен их жителей. По реке Луге, пишет летописец, «поимали вси кони и скот, и нелзе бяше орати по селам, зане же коней не бяше» .

Хоть «мирные литовцы» и продолжали агрессивную деятельность против Новгородского государства, но при этом избегали шелонских земель, получивших защиту и развитие в результате появления Александровых военных «городцов».

Так, в 1245 году Литва «воевала» новгородский тогда Торжок и Бежецк на юго-западе Новгородского государства. Александр Ярославич с другими князьями догнал отступавших захватчиков у смоленского Торопца, дважды разбил их войско под Жижицем, а затем, возвращаясь из Витебска, возле Усвят разгромил и другую литовскую рать.

Помнят об этом соотечественники? Выяснилось: нет, не помнят, разве только профессионалы-историки.

Откровением для большинства посетителей Музея истории Ледового побоища оказывается и «Северный», последний большой поход Александра Невского, предпринятый князем зимой 1256 года. Впрочем, и для историков здесь много загадок. Путаница возникает хотя бы из-за того, что в некоторых материалах поход фигурирует как карельский, в иных – финский, шведский или норвежский (известен также как бьярмийский, или биармийский). Множество вопросов вызывает маршрут похода князя, загадочность декларации его цели, участие митрополита в первом этапе и многое другое.

Из массива сведений поход вырисовывается как последовательность успешных военных действий Александра Ярославича на поприще религиозно-идеологической борьбы в северо-западных новгородских землях с западными соседями, скорее всего, шведами.

Но не только это: согласно источникам, одно имя Александра приводило в трепет врагов, остерегавшихся столкновения с его войсками!

Впрочем, есть ли основания винить общество в исторической неграмотности? Разумеется, нет.

Напротив, народ весьма интересуется правдивой историей, за годы деятельности нашего музея, например, его посетили десятки тысяч туристов, проведены тысячи лекций-экскурсий по залам. Пользуются успехом наши документальный и документально-игровой фильмы, посвящённые историческому событию, мы успешно ведём издательскую деятельность по заявленной тематике.

Однако в отечественном историческом образовании существует пропасть между академическими знаниями и знаниями, доступными обществу в неискажённом – порой недобросовестными «популяризаторами» – виде.

Всё это весьма настораживает и заставляет задуматься. Тем более у нас перед глазами опыт сознательного разрушения истории в ряде бывших советских республик и то, к чему это приводит. Я не удивлюсь, если вскоре сообщат, что горячие парни некой исторической цивилизации, уподобившись древним украм, выкопали Чудское озеро у наших северо-западных границ.

Как же ликвидировать эту пропасть, как перекрыть каналы лжи и мифотворчества?

В апреле этого года, выступая в Пскове на XIV Международных Александро-Невских чтениях, я впервые предложил создать военный музей Александра Невского в Псковской области.

Почему именно в Псковской области – очевидно: хоть Александр был новгородским князем, большинство его военных подвигов свершилось в её нынешних границах.

И вообще, почему считаю необходимым создание такой историко-экспозиционной площадки?

Значительный опыт работы Музея истории Ледового побоища показывает, что музейная форма является своего рода мостом между академической наукой и обществом. Из опыта утверждаю, что грамотно поставленная музейно-просветительская работа приносит результаты. Так, если в первые годы работы музея приходилось слышать от посетителей, что никакого Ледового побоища не было, мол, весь интернет об этом пишет, то сегодня такие заявления единичны. Музей становится площадкой живых дискуссий, открытого творческого обсуждения, проведения конференций и семинаров, выпуска тематической литературы.

А главное – музей как просветительское учреждение, осуществляющее хранение, изучение и популяризацию памятников истории, материальной и духовной культуры, где хорошо организована экспозиционная пластика вкупе с чётко поставленными лекциями-экскурсиями, вызывает доверие посетителей значительно большее, нежели целый ряд традиционных и современных средств массовой информации.

6_Монумент памяти Ледового побоища_Гора Соколиха у Пскова_2.jpg

Мемориальный комплекс «Память Ледового побоища»
на горе Соколиха у Пскова

А теперь давайте посмотрим, как отмечена фигура Александра Невского в нынешнем российском музейном пространстве.

Жизнь показала, а конкурс «Имя России» подтвердил, что в XXI веке Александр Невский в отечественной истории является фигурой знаковой, зафиксированной в нашем сознании.

И музеи Александра Невского есть на родине князя, в Переславле-Залесском, и Городце, считающемся местом его земной кончины.

Но!

В Переславле это, условно говоря, «избушка», частное учреждение, открытое в 2012 году. В Городце не то чтобы музей, а «Мемориальный комплекс национального достояния имени Александра Невского», муниципальное учреждение (работает с 2005 г.), где о князе «в том числе». В цоколе Санкт-Петербургского жилого комплекса «Князь Александр Невский» расположен одноимённый частный музей, основанный в 2013 году. Статус музея-панорамы Невской битвы в Усть-Ижоре обнаружить не удалось, однако, по словам директора учреждения Алексея Виноградова: «Создание этого музея фактически было инициативой снизу – местные жители объединились, собрали некоторую сумму денег, а местная власть предоставила в аренду здание, в котором и расположился музей. Также общими усилиями пополнялась и экспозиция музея». «Музей Ледовое побоище. Самолва» опять же частное учреждение культуры (с 2015 г.), первоначально – народный «Музей истории экспедиции АН СССР по уточнению места Ледового побоища» (открыт в 2012 г.).

Легко видеть, что музейная память о благоверном князе, просветительская деятельность о нём и его военных подвигах – «инициатива снизу», плод трудов неравнодушных граждан, вложивших собственные средства и свой труд в сохранение исторического наследия.

Впрочем, как сообщает мемориальная доска в Государственном музее А.В. Суворова (основан в 1900 г. в СПб.), открытие этого памятного места стало возможным благодаря пожертвованиям военной и гражданской общественности.

Нет, конечно, «инициатива снизу» – здурово, но отчего же стесняется государство, сохранившееся в Средние века во многом благодаря военным успехам Александра Невского?

Ведь как жалко смотрятся самодельные «избушки» по сравнению с государственными музеями, например, Ельцин-центром: «Современный музей, оборудованный по последнему слову техники, а также крупный культурный и образовательный центр в Екатеринбурге. Он притягивает интеллигентных, культурных и прогрессивных людей. Равного ему нет ни в Екатеринбурге, ни на Урале в целом. Инсталляции, видеоролики, объекты, моделирующие обстановку, интерактивные экспонаты, взаимодействующие с посетителем, – всё это вызывает восхищение и надолго остаётся в памяти. <…> Всего же расходы на создание Ельцин-центра составили 7 миллиардов рублей <…>. Созданием экспозиции музея занималось американское (а то как же? – Авт.) Агентство музейного дизайна Ральфа Аппельбаума» .

Ну, раз построили – значит, так надо, хоть уральская музеефицированная персона в первых строчках конкурса «Имя России» и не отметилась. Однако нам в наших «музеях-избушках» об инсталляциях и интерактивных экспонатах остаётся только мечтать…

Понимаю, создание государственного музея – дело хлопотное и затратное, рассчитывать на его реализацию, тем более на скорую, – наивно.

Всё же мечтать, как говорится, не вредно.

Помечтаем.

Рядом с Псковом, на горе Соколиха, в этом году отмечает тридцатилетие мемориальный комплекс «В память Ледового побоища». В год 800-летия со дня рождения князя в деревне Самолве с участием Президента России Владимира Путина и Патриарха Кирилла открыт мемориал «Александр Невский с дружиной». Логично предположить появление музея вблизи этих святынь.

Существующий Музей истории Ледового побоища в Самолве мог бы стать его филиалом. А в копилку экспозиций предполагаемого музея, по-моему, должны войти материалы экспедиционных выездов на места сражений Александра Невского для ознакомления с историко-географической средой и сбора документов (нередко рукописных) местных исследователей и краеведов. Недавно сотрудники Музея Ледового побоища совершили с этой целью выезд в город Торопец. Планируются также экспедиции в район озеро Жижицкое – Усвяты, районы реки Шелони, потому что коллектив музея имеет опыт, например, фиксации неизвестного (!) историкам городища X–XIII веков в старице реки Куреи (Стругокрасненский район) и дальнейшего внесения объекта в кадастр Псковской области.

В любом случае – воплотится мечта или нет – результаты экспедиций лягут в копилку отечественной истории.

В своём послании Федеральному собранию (2023 г.) Президент России Владимир Путин отмечал, что молодёжь должна иметь возможность как можно больше узнать о России, её культуре, традициях, великом прошлом.

Уверен, что создание военного музея святого благоверного князя Александра Невского на Псковской земле будет отвечать этим требованиям и станет нашим общим достойным вкладом в увековечение памяти великого полководца, защитника Руси.

Владимир ПОТРЕСОВ,
Музей истории Ледового побоища. Деревня Самолва.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*


шестнадцать + шесть =