ТРАНСФОРМАЦИЯ БЬЮКЕНЕНА

Republican presidential candidate Patrick J. Buchanan participates in animated conversation with the panelists before taping NBC-TV’s “Meet the Press,” aired from Washington, Sunday, Jan. 12, 1992. (AP Photo/Dennis Cook)

или Как я сражался на теледуэли с будущим кандидатом в президенты США.

На днях, опубликовав статью «Свежие симптомы распада нации», к авторитетным американцам, бьющим тревогу по поводу нарастающих внутриполитических проблем Соединённых Штатов, присоединился ветеран американской политики и журналистики Патрик Бьюкенен. Он мой старый знакомый: в декабре 1987 года мы с ним сошлись в жарких теледебатах в программе компании CNN Crossfire.

В восьмидесятые, я тогда работал вашингтонским собкором «Известий» (1981–1986 гг.), он яро выступал в защиту гитлеровских недобитков, после Второй мировой бежавших за океан под крыло американских спецслужб. В начале 1980-х в минюсте США создали отдел, сотрудники которого пытались добиться высылки военных преступников, и Бьюкенен, в чьих жилах течёт ирландская кровь, с присущим этой нации темпераментом крыл почём зря чиновников, вздумавших гнобить верных союзников Вашингтона, как он именовал нацистских ветеранов борьбы с СССР.

Став в 1969 году идеологом крайне правого крыла Республиканской партии, а потом старшим советником президентов Никсона и Форда, в 1984 году Бьюкенен возглавил PR-службу в администрации Рейгана. Работать на него он согласился в надежде на то, что сороковой глава Белого дома сумеет наконец одолеть империю зла, как выпускник иезуитской школы в подражание своему новому боссу называл СССР. О том, на какие жертвы он был готов во имя свершения заветной мечты вашингтонских «ястребов», красноречивей всего говорит тот факт, что на госслужбе Бьюкенен стал получать почти в шесть раз меньше – 72 тысячи долларов вместо 400 тысяч. Столько он зарабатывал ежегодно в качестве тележурналиста и синдицированного колумниста, чьи статьи охотно перепечатывали десятки газет по всей стране, ибо публицистом он был первостатейным (самым блестящим и влиятельным журналистом правых взглядов называл его Ричард Никсон, которому вторил Джордж Буш: «Хотите знать образ мыслей консерваторов? Читайте всё, что пишет Патрик Бьюкенен»).

В начале декабря 1987 года Горбачёв прилетел в Вашингтон на очередную встречу в верхах с Рональдом Рейганом. Я был в составе группы советских журналистов, учёных и общественных деятелей, сопровождавших в этой поездке фактического главу нашего государства, и 8 декабря мне в гостиницу позвонили из CNN с предложением выступить по старой памяти в их программе Crossfire. (Работая в Вашингтоне собкором, я регулярно участвовал в теле- и радиодебатах с ведущими американскими журналистами, политиками и политологами, а также высокопоставленными чиновниками, заслужив непрошеный комплимент от издававшейся в Нью-Йорке эмигрантской газеты «Новое русское слово»: «Журналист-известинец А. Палладин выступает по американскому телевидению чаще, чем президент Рейган»).

Crossfire означает «перекрёстный огонь». Такое название телепрограмме дали неспроста: гостей передачи усаживали между парой ведущих, обрушивавших на них самый настоящий – только словесный – перекрёстный огонь, так что лишь успевай отбиваться. При этом ведущий, сидевший слева, воплощал собой левое (по американским, разумеется, меркам) мировоззрение, а его напарник – правое. Разница между обоими, впрочем, была невелика.

Тему передачи Crossfire с моим участием обозначили как «Пропагандистская война». К тому времени США охватила настолько мощная «горбимания», что в местных опросах общественного мнения популярность советского лидера сравнялась с рейгановской.

Левака, как обычно, изображал Том Брейден, в начале 1950-х под началом Аллена Даллеса руководивший зарубежными операциями ЦРУ, но потом с головой ушедший в журналистику и в 1982 году на пару с Бьюкененом основавший упомянутую телепрограмму, где олицетворял умеренность взглядов.

Меня усадили рядом с ним, а правее ещё одного ветерана американской журналистики – Бернарда Кэлба, который в 1984 году был назначен пресс-секретарём Госдепа, но незадолго до описываемых событий подал в отставку в знак протеста против организованной администрацией Рейгана кампании шельмования Муаммара Каддафи.

Крайним правым, как и в жизни, стал Бьюкенен, незадолго до этого тоже ушедший с госслужбы. Пат (как его называли на радио и ТВ) и задал тон всей передаче:

– Американская пресса в восторге от Михаила Горбачёва, тогда как в Москве избивают диссидентов, стотысячная Советская армия уже восемь лет уничтожает афганских повстанцев, а у самых наших границ русские до зубов вооружают Никарагуа. При этом в США Михаил Горбачёв пользуется бóльшим одобрением, чем Рональд Рейган. Что вдруг стряслось с нашими СМИ, превратившимися в ручных собачонок советской империи?

Брейден и Кэлб тоже посетовали на простодушие американской прессы, купившейся на внешность и повадки нового советского лидера, и Бьюкенен обратился ко мне:

– Даже ваш царь Николай Палкин разрешал евреям выезжать из России, а вы их не выпускаете. Почему?

За десять лет работы в Северной Америке я достаточно изучил приёмы местных пропагандистов и не стал пропускать мимо ушей сказанное Бьюкененом перед этим:

– Позвольте сперва прокомментировать вашу реплику про Никарагуа. Туда в самом деле поступает оружие – то, которое США поставляют «контрас», норовящим свергнуть правительство этого государства.

– Вы что же, будете отрицать, что СССР орудует на нашем заднем дворе, предоставив Никарагуа оружие на два миллиарда долларов? – стал заводиться Бьюкенен.

– Мы взаимодействуем с законным правительством Никарагуа, избранным никарагуанским народом. Тем временем несколько часов назад над территорией этой страны был сбит самолёт с американским пилотом. Он-то что делал там?

– Ладно, перейдём к политике гласности, – применил очередную уловку Бьюкенен, но я продолжал:

– Вы также упомянули Афганистан. Туда тоже нескончаемым потоком поступает американское оружие, используемое против законного правительства этой страны.

– Законное правительство, прибывшее на советских танках Т-62?.. Почему вы оттуда не уберётесь, если даже ваш Горбачёв называет Афганистан кровоточащей раной?

– Мы бы вывели свои войска, если бы Соединённые Штаты не продолжали свою противозаконную практику поставок оружия моджахедам, борющимся против прогрессивных реформ в этой стране.

– Вы так и не ответили на мой вопрос о евреях, – продолжал напирать Бьюкенен. – У нас многие американцы ездят в машинах с наклейкой на номерных знаках: «Не любишь эту страну – проваливай!» Почему вы не скажете вашим евреям: «Не нравится здесь – уезжайте»?

– Вы бы так беспокоились о собственных гражданах с тёмным цветом кожи.

– Они в США имеют больший подушевой доход, чем вы в вашей стране.

– Зато у нас не убивают евреев. Напомнить, что произошло в Филадельфии в мае восемьдесят пятого, когда на жилище, где ютились бездомные чёрные, сбросили бомбу, убившую одиннадцать человек?

– Вы шутите?! – расхохотался Бьюкенен.

– Вас смешит гибель одиннадцати человек, включая детей?

– Нас ваша версия рассмешила, – вмешался Брейден. – Там просто имела место неудачная полицейская операция.

Бьюкенен же опять затеял со мной перепалку по еврейскому вопросу, а потом вовлёк в разговор Кэлба:

– Не пора ли американцам перестать воспринимать Горбачёва как поп-идола и вспомнить о моральном превосходстве Соединённых Штатов над Советским Союзом?

– Верно! – поддакнул бывший пресс-секретарь Госдепартамента. – Ни в коем случае нельзя терять бдительность, поддаваясь соблазну судить о Советском Союзе по внешности Горбачёва и забывая при этом о политзаключённых и советских войсках в Восточной Европе, а также о нежелании Кремля выпускать из страны евреев и представителей других нацменьшинств.

– У нас, в отличие от США, не малюют свастики на синагогах, – вставил я.

– Это дело рук вандалов, – отмахнулся Бьюкенен.

– Не многовато ли их, коли счёт таких случаев идёт на сотни, – заметил я, окончательно выведя Бьюкенена из себя.

– Этот парень из «Известий» никакой не журналист, – вскипел он. – Как и все его коллеги, он повторяет азы партийной пропаганды. На этом фоне тем более удивительно, что американские журналисты соблюдают нейтралитет в отношении того, что говорит наш президент и что говорит Горбачёв.

После перерыва на рекламу мои оппоненты и вовсе пустились во все тяжкие, каждый на свой лад, но фактически хором исполнив песню «Красным» верить нельзя». Тон по-прежнему задавал Бьюкенен, оперируя стереотипными пропагандистскими клише и бесцеремонно приписывая США право диктовать всем свои законы и правила. Свои тирады он выпаливал длинными пулемётными очередями, не давая мне закончить хоть одну фразу. «Страсти разгорелись не на шутку, – прокомментировала ту передачу «Нью-Йорк таймс». – Бьюкенен был на грани того, чтобы воскликнуть: вышвырните из студии этого гада (то бишь меня. – А.П.)».

Тем удивительней происшедшая с ним метаморфоза. После того как в 1992, 1996 и 2000 годах Бьюкенен трижды потерпел неудачу, баллотируясь в президенты США, он вернулся в журналистику и стал издавать журнал «Американский консерватор». При этом в последние годы, продолжая отстаивать традиционные американские ценности, Бьюкенен в своих публикациях с определённой симпатией отзывается о нашей стране, называя Россию наихристианнейшим из всех христианских государств современности. Более того, он ставит Путина в пример западным политикам-«слабакам» как лидера нации, который стойко отстаивает интересы своего народа. В этом смысле особенно показательна статья «Путин нас предупреждал», которую Бьюкенен опубликовал через четыре дня после начала специальной военной операции на Украине.

Александр ПАЛЛАДИН

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*


три × 5 =